• admin

Заметки Александра Баркара. Режиссерская лаборатория. Иркутск



Отгремели фанфары XIII Вампиловского фестиваля (9-16 сентября 2021), и его Режиссерской лаборатории. Но ее ярчайший участник оставил нам свои записки об этом бесценном опыте, и мы с радостью ими делимся.


Пироги с котятами


Поездка в Иркутск с самого начала выглядела как авантюра.

В последнее время, большинство моих телодвижений выглядят именно так.

Ну, начнем с того, что в начале сентября я начал работу в Волгограде над нежно любимыми мной "Шлюхами" Валерия Шергина, о которых мечтал последние пару лет. И вот оно, наконец! Свершилось! Нашелся театр, не испугавшийся этой пьесы! Ура!!!

Но есть одна загвоздка. Уже 7-го сентября нужно лететь в Иркутск, чтобы вернуться через десять дней, 17-го вечером.

Вы скажете, ну в чем проблема? В Волгограде начнёшь, разберёшь пьесу немного, потом отработаешь лабу (Режиссерскую лабораторию. - Прим. ред.), и вернёшься, спокойно доделывать спектакль... Да, всё бы ничего, вот только премьера "Шлюх" назначена на 28 сентября! В связи с этим возникает вопрос: "Как всё успеть и не натворить х....?"

Вот такие пироги с котятами, как выразился бы Дима Момот.

В общем. Лететь в Иркутск было очень спорным решением. Потому что по-факту, выходила некоторая спекуляция творчеством и халтура, ведь полноценно поработать не выйдет ни там, ни там.

Всё верно. Но я решил рискнуть. Проверить так сказать границы собственных возможностей и пределы сил. Люблю я, знаете ли, доказывать себе, что могу больше, чем кажется. Оправдывало меня во многом то, что именно причины творческого характера соблазняли меня. А это, как ни крути - лучшая индульгенция.

Пьесой Дмитрия Богославского "13 первых правил баскетбола сформулированные Джеймсом Нейсмитом" я заболел с лёгкой руки Стаса Жиркова. Кто не в курсе, это такой украинский режиссёр. Его спектакль "Вона його любила..." по пьесе А. Иванова "Сучилища", который я увидел в одесском украинском театре, вынес меня вперёд ногами без шансов на восстановление.

Я смотрел этот спектакль, будучи в Одессе на постановке три раза. Сказать, что я был в восторге и шоке - не сказать ничего!

До сих пор вспоминаю "Вона його любила..." как одно из наиболее мощных впечатлений театра за всю мою творческую жизнь.

С тех пор я стал следить за фейсбуком Стаса, читать его посты, и так далее. Однажды я прочел, что он ставит "13 правил баскетбола, сформулированные Джеймсом Нейсмитом", и его характеристику: "пьеса о невозможной, убивающей всепоглощающей любви", и, естественно, заинтересовался.

Богославского (автор пьесы - прим. ред.) до "13 правил" я не читал. Видел несколько раз "Любовь людей" в разных интерпретациях, и пьеса мне категорически не нравилась.

Я, в принципе, с большим трудом воспринимаю "темную" изнанку жизни в театре. Не то, чтобы я ханжа, но когда кого-то расчленяют, насилуют, если персонажи блюют и бухают, избивают других до кровавых соплей, я чувствую себя неловко.

У меня нет понимания, зачем зрителя размазывать по сцене, уничтожать и шокировать, демонстрацией низменного существования... Ну да, психотерапия, ну да катарсис... Но я верю в несколько другие постулаты.

Правду, понимание, любовь, честь и достоинство...

В общем, навскидку, Богославский с его жестью и кормлением свиней человеческим мясом - не мой драматург. Нафиг-нафиг...


Фото Антона Зимина


 

Но я привык, что всегда есть другая сторона...


Часть II

Как говорится, "такое"...



Всегда есть то, чего ты можешь не замечать или быть предвзятым. Поэтому стараюсь не ставить крестов, и не делать окончательных выводов.

И вот, Жирков с восторгом пишет о "13 правилах". Находясь под глубоким впечатлением от харизмы художника, я отправляюсь читать пьесу.

Первое впечатление - странное. Опять жесть, убийства и самоубийства. Сцена с тортом абсолютно бытовая, утяжеляющая действие. Мат, аборты и импотенция, всякого рода сексуальные разгоны и физиология. Много физиологии.

Кроме того, постоянно вклинивается счёт баскетбольного матча и формулируются правила игры в баскетбол, на первый взгляд, весьма пунктирно связанные с сюжетом...

То есть сложная, и несколько умозрительная конструкция, которую совершенно не понятно, как реализовывать. Опять же, вся эта жестокость и насилие... Ну, как говорится, "такое"...

Но что-то же Жирков в ней разглядел!? Я стал перечитывать заново.

При втором прочтении, я заметил некоторые детали, упущенные на "первом свидании". Во-первых, сцены со смешанным таймлайном. В определенный момент сюжет откатывается к исходному событию, которое изначально зритель не видит, и не понимает причин действий героев.

Сюжет разворачивается как детектив, постепенно открывая нам детали взаимоотношений персонажей. Почти, как в "После Магритта" у Стоппарда. То, что вначале кажется абсурдом и странностью, по ходу пьесы абсолютно железобетонно оправдывается. В финале все становится понятно, и все кусочки пазла встают на места.

Во-вторых, чрезмерная жестокость героев оказывается маской. Да, жутковатой и безжалостной. Но маской, скрывающей непреодолимое желание любить. Любовь, которую герои не могут реализовать, становится ядом, и отравляет их, буквально до костей.

В третьих, баскетбольный счёт оказывается фантасмагорическим и динамичным приёмом, который даёт ключи к решению каждой сцены, вплоть до использования музыкальных фрагментов...

В четвёртых, - женские образы. Очень непростые, многоуровневые, как матрёшки из смыслов и мотиваций. Если причины поступков мужчин более или менее лежат на поверхности, то женщины настолько многогранны, что их попросту невозможно игнорировать. А моя слабость к сильным женщинам известна абсолютно всем, кто со мной знаком.

Кроме того, игровая структура лежащая в основе "13 правил" соблазнительно поблескивала возможностями для реализации идей игрового театра. Мих Мих Буткевич, многозначительно подмигивал мне между строк, и проигнорировать его намёки я не мог.

В общем, чем больше я вчитывался, тем больше мне нравилось.

Быть может, кто-то скажет, что это эффект накопления ожиданий. Когда ты начинаешь видеть под влиянием авторитета то, чего не самом деле нет. Классическое "А король-то, голый!".

Но при всей моей нынешней предвзятости к этому тексту, могу сказать, что пьеса, скорее, совершила обратное действие. Когда весь внешний, неприглядный фасад оказывается лишь формой для передачи очень трогательного и хрупкого содержания. Как в "Пьяных" и "Июле" у Вырыпаева. Как в "На дне" у Горького. Как в "Отверженных" Гюго... Таких примеров масса. И если ты ханжа и сноб, и предвзят изначально, то оказываешься в моральной ловушке. Раз за разом, ты клонируешь один и тот же смысл, постепенно деля искусство на "правильное" и "неправильное". А дальше закономерный итог любого цивилизационнго тупика: стагнация, дерградация, оторванность от реальности и примитивизм.

Можно не надо?)

Я читал "13 правил", и заново учился понимать, сопереживать, чувствовать то, что кажется изначально неприемлемым.

Со временем, я перестал видеть в этом тексте ненависть и предательство, а остались только любовь и психотерапия. Догадываетесь, наверное, что пьеса превратилась в своего рода навязчивую идею?


Мне грезилось активное действие, высокие прыжки, изобретение новой игры с человеческими чувствами, падающими в кольца душ героев…



Надо ставить. Как минимум, чтобы проверить свои догадки и идеи...


Часть III

Литовский балет не для слабаков!

Я отправлял заявку на лабораторию в Иркутске в совершенно штатном режиме. Таких заявок-экспликаций я пишу в год по десятку штук. Рассылаю по разным конкурсам, и жду, как старик, что принесет ему невод. В итоге, мне написали из театра, что моя заявка одобрена, и можно планировать поездку в Сибирь.

Предварительно надо было выбрать артистов на роли, а это всегда большая проблема. Ведь по сути, ты вынужден ориентироваться только на фото с сайта театра, а они далеко не всегда соответствуют действительности. Здесь же, по итогу, фото максимально оказались оторванными от реальности.

Изначально, я выбрал артистов, ориентируясь на свой план режиссерского решения.

Надо было ридумать, как делать игру в баскетбол без баскетбола. Потому что, ну, камон, иллюстрировать текст - это для слабаков.

Надо было придумать, как делать игру в баскетбол без баскетбола. Потому что, ну, камон, иллюстрировать текст - это для слабаков.

Я хотел делать эскиз в жанре "литовского балета", как когда-то метко выразился о моей режиссуре, Дима Кривощапов. То есть - голый человек на голой сцене, образные пластические решения, прыжки, вращения, - вот это вот всё.

Следовательно, мне нужны были молодые тренированные, поджарые волки. Собственно, именно таких я и постарался выбрать.

Слава Александрова напомнила мне по фото молодую Апексимову: циничную, немного надменную женщину. Красивая и жёсткая. Именно такой, по идее, должна быть Инга - врач акушер, мстительная и разочарованная в мужчинах.

Даша казалась идеальной Валерией: надломленной, немного истеричной, разрушенной молодой женщиной, в которой много нежности, при этом абсолютно невостребованной никем. Задыхающейся от одиночества после потери ребенка.

Костя Агеев - по фотографиям производил впечатление абсолютного рубахи-парня, распахнутого, улыбчивого и веселого. При этом очень "мужчинского мужчины". А Владимир, персонаж пьесы, очень дорожит своей мужественностью. Владимир добр и его характеристика, как "недалёкого физрука", типажно подходит Косте.

С Игорем, героем пьесы, было сложнее. Изначально я просил на эту роль артиста Колю Стрельченко, парня с тонкими чертами лица, аристократичного, породистого "красавчика", как противоположность Косте Агееву. Но мне сказали, что его уже заняли и предложили подумать о замене.

Тогда я выбрал Серёжу, внешне полную противоположность Косте, но с умным и цепким взглядом, выдающем в артисте интеллектуала и глубокого человека.

Однако, уже буквально перед отъездом, у меня забрали Серёжу, и неожиданно вернули Колю, от которого я уже успел внутренне отказаться.

Кроме того, Даша, узнав о том, что я собираюсь физически очень активно нагружать исполнителей, вынуждена была отказаться от работы в эскизе, по состоянию здоровья.

Вместо Даши, мне предложили поработать с Алёной Бочкарёвой, которая по фото не показалась мне подходящей для роли Валерии... Ну, как не подходящей... Просто той хрупкости и страсти, которая есть в героине на фото Алёны я не заметил. О, друзья, "Я никогда так не ошибался..." (с) Хоббит.

Но с другой стороны, я всегда считал, что нет артистов, которые не подходят на роли. Есть ленивые режиссеры. Поэтому я согласился на Алёну, думая, что справлюсь с мутацией этой милой девчушки в истеричную мегеру.

А ещё, прочитав биографию актрисы, я увидел, что она работала в театре Брянской драмы, с которым связана моя личная драма. "Подруга по брянскому несчастью!", - подумал я, и окончательно зафиксировал свой выбор.



Итак, Коля, Слава, Костя и Алёна. Как выяснится в последствии - почти все мои резоны в выборе артистов оказались ошибочными.

Но прежде, чем лететь в неизвестность надо было попытаться подстелить себе соломки. Я предложил артистам прочесть пьесу, и попросил написать пару слов о впечатлениях. И вот тут-то и началось.

Татьяна, организатор лаборатории, аккуратно предупреждала меня, что современная драматургия не очень воспринимается артистами иркутской драмы. Что артисты скептически смотрят на всю эту... скажем так, новацию. Поэтому могут быть сложности в восприятии материала.

Часть IV

Команда мечты...

Я терпеливо ждал, что мне скажут артисты. Костя, вообще, проигнорировал мою просьбу. Коля коротко и жёстко написал: "Пьеса меня не трогает, зачем это играть я не понимаю. Это не мой материал." Даша - порадовала. Она написала мне письмо от руки на трёх страницах, и прислала фото в фейсбуке. Ее впечатления сводились к тому, что пьеса ей не нравится, кажется грязной и злой, и, быть может, режиссер придумает, как это ставить, но впечатления, в целом, негативные.

Наконец, Слава написала, что пьеса ей тоже "не зашла". И, хотя, там есть интересные куски, но общий тон бытовой низменной интриги, завязанной на измене и вранье, ей кажется не очень привлекательным.

Алёна, под стать Косте, сохранила дипломатичное молчание.

Отличная перспективка: ехать на постановку к артистам, которым не нравится новая драма, в целом, и твоя пьеса, в частности... Я ходил по Волгограду и сокрушался, что не хочу делать то, что артистам не интересно...

Когда мы прилетели в Иркутск, город встретил нас настороженным, туманным утром. Все режиссеры пребывали в состоянии веселой взвинченности. И, добираясь до театра, мы знакомились, упражнялись в остроумии, и явно немного нервничали. По крайней мере я - точно. Иркутский драматический театр известен тем, что там почти не идёт современная драматургия, а спектакли, скорее, тяготеют к классическим прочтениям и по форме, и по содержанию.

Поэтому лаборатория молодой режиссуры с участниками, известными своими экспериментами в исследовании разных театральных приёмов, выглядела как... ну, нечто весьма экзотическое.

Благо компания режиссеров подобралась очень душевная...



Андрей Шляпин, давний заочный знакомый, коренной иркутянин, по-отечески опекающий всех нас, выступавший и гидом, и трогательным наставником, вечно внимательным к каждому человеку в его окружении.

Ироничный и импозантный Витя Стрельченко, нон-стоп подкалывающий всех и вся. Кудряшовец, страстный, и безумно внимательный к деталям. Работающий над эскизом каждую минуту, когда я его видел: за завтраком, в коридорах театра, в лифте гостиницы.

Коля Берман, или как его прозвали артисты театра "Зачарованный мальчик", театровед, ставший режиссером, покоривший всех поголовно своей непосредственностью, открытостью и какой-то почти детской наивностью. Простотой и прямотой.

Женя Закиров, умный, немного погруженный в себя, молодой парень, ставящий "Папу" Зеллера. Интеллигентный, спокойный и деликатный просто до кончиков ногтей.

В общем, команда мечты для выживания во время апокалипсиса. :)

За всё время лабы, мы не так много общались, всё репетировали, времени особо не было. Зато последние полтора дня, когда эскизы были уже "отстреляны", мы были вместе, в тесном общении, и тут стало очевидно, насколько все коллеги оказались приятными и интересными людьми, при близком рассмотрении. Это тем более подкупало, потому что сводило на нет вечный дух нездорового режиссерского соперничества, которое конечно не выражается внешне, вербально, интеллигентными людьми, но напряжение чувствуется, и, частенько, может подпортить ощущения от работы.

Здесь мы провели время в абсолютном кайфе друг от друга и признания в любви режиссера к режиссеру были в итоге, как мне показалось, абсолютно искренними.


Но вернемся к моим баранам.

Режиссеров отлично встретили, вкусно накормили, поселили в гостиницу, обеспечили трехразовым питанием, раздали каждому помрежей, познакомили с цехами. Всё это было сделано быстро, профессионально и эффективно. Как отлаженный механизм. Это порадовало.

Моим помрежем назначили Дашу. (К слову, помрежей Даш оказалось аж трое. Я даже подумал, что по этому принципу их отбирают). Даша на самом деле не помреж, а специально обученный человек занимающийся авторскими правами для тетара, но в связи с производственной необходимостью, партия сказала "надо" и комсомол в Дашином лице ответил: "Есть!".

<